Kleo писал(а):"Баба Яга" звучала ну очень увесисто (почему-то вспомнился "Завод" Мосолова)

"Баба Яга", почти целиком, может быть инструментована одними струнными.

Kleo писал(а):после чего ее "влет" в "Богатырские ворота" прозвучал мягко говоря хиловато. Но это так, лирика.

Вот этого я и опасался

Kleo писал(а):Гораздо больше веселили ударные, миксты типа виолончели+ксилофон (лейттембр "Прогулки")

хороший лейттембр...

Oleg*adm писал(а):"Баба Яга", почти целиком, может быть инструментована одними струнными.

Верю, но если посадить все виолончели в нижний регистр (так, чтобы это был уже даже не хрип, а громкий шорох, а вибрация по ногам сидящих в зале шла) и так продолжительно греметь, то к образу Бабы Яги добавится много нового.

мені в інструментовці по-справждньому сподобалась лише одна деталь - "підзвучка" в дзвонах ("Золоті ворота") з тремоло струнних (альтів? біля містка чи древком, але якось неприродньо і навіть потойбічно). Не памятаю, чи є це у Равеля.

да,Женя Брага решился на мужественный поступок,я ему не завидую...ведь нету боле произведения,где бы столь пристальное внимание слушателя концентрировалось именно на оркестровке(эх,жаль,что меня не было,не дошел
кстати,если бы я решился на столь мужественный поступок,и занялся бы оркестровкой Картинок,я бы решал все в исключительно радикально-авангардной,эпатажной манере,вот

О! Скрипка, бубен и утюг?

применил бы в изобилии один из сложнейших приемов игры на струнных,а именно ПЫЦЦЫКАТО (это я под впечатлением топика о "коллекции Разумовских"

ForesteR писал(а):да,Женя Брага решился на мужественный поступок,я ему не завидую...ведь нету боле произведения,где бы столь пристальное внимание слушателя концентрировалось именно на оркестровке(эх,жаль,что меня не было,не дошел
кстати,если бы я решился на столь мужественный поступок,и занялся бы оркестровкой Картинок,я бы решал все в исключительно радикально-авангардной,эпатажной манере,вот

я так розумію, що Женя цього і хотів - зробити щось незвичне і цікаве, а не просто адаптувати Равеля для невеликого складу. дуже схожа оркестровка була тільки в "Двох євреях". чому експеримент не вдався? в тому числі і з вини оркестру. балансу звуку не було, динаміки теж. саксофонні соло починалися як "здрастє", дзвіночки - просто епідемія (послухайте ще балет "Буратіно").
тут можна порадити тіьки одне - поменше писати пісень на вірші членів кабміна, бо це, видно, погано впливає на композиторське мислення

добавлено спустя 1 час 12 минут:

http://www.kreschatic.kiev.ua/ua/3181/a ... 53438.html

Істина в постмодерні
New Era Orchestra трохи не дотягнув до нової ери

Цієї середи в Колонному залі імені Лисенка Національної філармонії дебютував камерний ансамбль New Era Orchestra під керівництвом Тетяни Калініченко. Музиканти по-новому зіграли Модеста Мусоргського, взялися за "Русские сезоны" російського постмодерніста Леоніда Десятникова та відкрили Україні ризького мінімаліста Ґеорґса Пелециса. Щоправда, нову еру своїми інтерпретаціями відкрити оркестру поки не вдалося.

За задумом організаторів, концерт нещодавно створеного New Era Orchestra мав стати своєрідним мистецьким феєрверком. Чого варта сама вже концертна програма. Фортепіанна сюїта “Картинки з виставки” на новий лад — у версії для камерного оркестру київського композитора Євгена Браги. Прем’єрна композиція “Nevertheless...” (“Тим не менше...”) Ґеорґа Пелециса — чи не перше для українців знайомство з сьогоднішньою музичною Латвією (з’ясувати під час цього знайомства вдалося принаймні, що латвійські композитори теж люблять американських мінімалістів). І, нарешті, перше в Україні живе виконання одного з найрейтинговіших творів харківського петербуржця Леоніда Десятникова — циклу п’єс “Русские сезоны” для скрипки, сопрано та камерного оркестру, написаного на замовлення Ґідона Кремера.

На додачу у перервах поміж музичними номерами на сцені з’являлася симпатична ведуча, котрій, очевидно, окрім ролі звичайного конферансьє, доручили ще й створити в залі атмосферу на кшталт інтелектуально-розважальних телевізійних програм. Спочатку дівчина намагалася якось обіграти (щоправда, невдало) слово “істина” в формулі In musica veritas (саме так називався концерт). Час від часу кидала красномовні фрази на зразок “поринемо в чарівний світ музики”. Нарешті, коли дійшло до композиції Десятникова, вона, якби по-телевізійному “імпровізуючи”, припросила до слова піаніста Олексія Горіболя, котрий, мовляв, знається на скандальному композиторові (Горіболь — один з найактивніших в Росії пропагандистів музики Десятникова та перший виконавець багатьох його творів).

Сам Горіболь натомість, вловивши цю “телевізійну” стилістику, спершу вдався до міні-лекції про мінімалістів, прочитаної в класичній інтонації “щоб і дзен не постраждав, і мотоцикл був доглянутим”, тобто так, наче в залі сиділи самі лише інженери із сантехніками. А розповідати про Десятникова почав з його скандально знаменитої опери “Діти Розенталя”, точніше з того, як депутати російської Думи, не бачивши жодної ноти цієї партитури, заборонили її постановку, й закінчив історією створення “Русских сезонов”.
Хотілося, звісно, як краще, а вийшло, як вийшло. З кожною п’єсою з “Картинок” все дивнішим видавався бідолашний Мусоргський. Головна тема “Старого замку” несподівано прозвучала з саксофону — інструмента, що аж ніяк не асоціюється з мурами середньовічного палацу та монологом самотнього трубадура. Ксилофон та дзвіночки в цій же п’єсі нагадували казкові теми Лядова та Римського-Корсакова. З образом Баби-Яги (“Избушка на курьих ножках”) взагалі складно було визначитися — чи насправді то злий персонаж, чи так само казковий, а отже, нестрашний. Замість курчат, що хочуть вилупитися (“Балет невылупившихся птенцов”), танцювали, здавалося, вже дорослі кури — якось важко й грубо як на таких тендітних істот, як курчата, вели музиканти свою тему. Та й через великий барабан, що гупав, де треба й не треба, російський класик під кінець зовсім втратив своє обличчя.


Було б ще нічого, якби після концерту залишився спогад лише про “постмодерного” Мусоргського. Проти цієї стихії вже ніхто з класиків не вбережеться. Але на додачу Остап Шутко взяв та й зіпсував славнозвісні “Русские сезоны” — банально невивченою партією скрипки. Добре хоча б, що цього не чули ані Кремер, ані Десятников.
Олеся НАЙДЮК спеціально для “Хрещатика”

Олеся НАЙДЮК писал(а):Головна тема “Старого замку” несподівано прозвучала з саксофону — інструмента, що аж ніяк не асоціюється з мурами середньовічного палацу та монологом самотнього трубадура.

Вот значит как. Равель тоже не разбирался в средневековой стилистике Браво!..

і зовсім ніжно про те саме

http://news.24.ua/news/culture/18951/

В филармонии презентовали проект "Истина в музыке"
(0)
09 Ноября 07:00 | автор: Роман Юсипей, «24»
Теги: музыка, филармония

Прежде чем начать действо, устроители вечера In musica veritas ("Истина в музыке") проверили жизненность другого латинизма: истина в вине. В фойе публике было предложено мартини, раз пригубив которое можно было доверчиво пускаться в путешествие по многообещающим мирам мажоро-миноров, классики и постмодерна.

Центральной фигурой концерта стала дирижер Татьяна Калиниченко – личность, которая, как минимум, ищет и находит. А, как максимум, просит, и ей дается. В свое время именно она обошла большинство киевских композиторов с намерением исполнить все их оперы и симфонии. Нынче собранный ею камерный антрепризный коллектив New Era Orchestra представил цикл "Картинки с выставки" Модеста Мусоргского в аранжировке Евгения Браги – предприимчивого молодого человека, искоренившего в популярной оркестровке Равеля медные и деревянные духовые и возведший на почетный пьедестал зычную группу ударных. "Картинки…" прозвучали не все: отсутствие части "Быдло" музыканты постарались компенсировать максимально органичным исполнением "Бабы Яги".

Солировавший во втором отделении российский пианист Алексей Гориболь, согласно резюме, славящийся «тонким ощущением музыки и музыкантов» рассказал о трогательном Nevertheless ("Но тем не менее") нежного латвийского минималиста Георгса Пелециса. Сочинении, уводящем в дали созвучий Шуберта, Вивальди и попутно очищающим мировой эфир от диссонансов противного авангарда. В роли Гидона Кремера (заказчика и первого исполнителя сочинения) выступил скрипач Остап Шутко, известный раздачей одаренным детям-сиротам стипендий своего имени.

Далее последовали 12-частные "Русские сезоны" урожденного харьковчанина Леонида Десятникова. Гориболь, оказавшийся страстным пропагандистом и этого композитора, ограничился ролью спикера и красноречиво поведал о своем участии в знаменитом скандале вокруг десятниковской оперы "Дети Розенталя". А право разделять на сцене одиночество г-на Шутко предоставил сопрано Соломии Прыймак.

По завершении яркого "экспортного" цикла, в традициях Дягилева-Стравинского иллюстрирующего календарные обряды северной Руси, раздались овации во славу меценатов. Последние, выйдя на сцену, нашли, что в филармонии, наконец, начала звучать настоящая классика и подлинные современные шедевры. Собравшимся осталось только поздравить друг друга с подобным открытием.

http://www.eizvestia.com/soc/full/27976

Шокирующий Десятников

Два года назад в России случился скандал, связанный с постановкой в Большом театре оперы Леонида Десятникова «Дети Розенталя». Первый за последние 30 лет заказ Большого театра возмутил в первую очередь текстом скандального писателя Владимира Сорокина: по сюжету гениальный ученый Алекс Розенталь, изгнанный из нацистской Германии в Советский Союз, находит способ бесполого размножения человека.

С помощью чуда генетики им воссоздаются так называемые дубли крыс и лошадей, а затем и великих музыкантов прошлого — Верди, Чайковского, Вагнера, Мусоргского и Моцарта. Последний, влюбившись в вокзальную проститутку Таню, становится причиной смертельного отравления сутенером всех дублей и Тани, сам же попадает в клинику Склифосовского. Спектакль взъерошил общество подобным текстом настолько, что вопрос о снятии постановки с репертуара решался на уровне госдумы. В результате фонема «Де-сят-ни-ков» не сходила с уст даже мало интересовавшихся вопросами культуры людей, в то время как с его музыкой в большинстве своем не были знакомы даже профессиональные музыканты.

Впервые оценить творчество Леонида Десятникова киевляне смогли только сейчас. Благодаря усилиям Национальной филармонии и пропагандиста творчества Десятникова пианиста Алексея Гориболя прозвучали «Русские сезоны» — вокально-симфоническое произведение, продолжающее «Времена года» Чайковского и Вивальди в своеобразном преломлении: композитор обратился к архаическим пластам русского фольклора, объединив песни календарного цикла с приемами современной техники минимализма. Вместо ожидаемого шокирующего диссонанса публика услышала вполне традиционную музыку, по гармонии напоминающую сразу нескольких минималистов: Терри Райли, Филиппа Гласса, Арво Пярта и особенно Владимира Мартынова, соотечественника Десятникова. Долгие повторения последовательностей из двух-трех аккордов задумчиво-танцевального характера разбавлял экспрессивными нотками вокал Соломии Приймак, имитировавшей пение старушек из глубинки.

Вместе с тем Десятников слушался достаточно выигрышно в сравнении с другим открытием концерта — произведением рижского композитора Георга Пелециса Nevertheless («Тем не менее»). 15 минут просветленности от прибалтийского минималиста здорово напоминали затянувшийся этюд по развитию музыкальной техники из курса ДМШ, причем медитативный характер настолько расслаблял оркестр, что за спиной у дирижера Татьяны Калиниченко Алексей Гориболь пытался одной рукой тактировать скрипкам в более подвижном темпе.

Если эти номера программы знакомили украинцев с ранее не исполнявшимися в стране авторами, то третье произведение вечера — «Картинки с выставки» Модеста Мусоргского — презентовало очередной состав камерного оркестра New Era Orchestra (теперь — струнный). Как известно, это сборный оркестр, пестрый состав которого базируется на Президентском оркестре, а остальные участники приглашаются со всех уголков Киева под конкретный проект. Естественно, добиться ансамблевой ровности в подобных условиях достаточно тяжело. Учитывая эти факторы, оркестр звучал более чем прилично, с чем можно поздравить Татьяну Калиниченко. «Картинки» в версии Евгения Браги для камерного оркестра продолжили традиции двух предыдущих (фортепианной — Мусоргского, симфонической — Равеля), а также напомнили эффект переоркестровки «Кармен» Бизе Родионом Щедриным. Он точно так же отказался от полного состава в пользу струнных и ударных, переведя произведение из цветного формата в черно-белый. Новый вариант «Картинок» звучал порой не к месту пафосно, иногда забавно (например, прыткая «Баба Яга» больше походила на шумный металлургический завод), но в целом терпимо для того, чтобы продолжить свою жизнь на сцене. Хочется верить, что New Era Orchestra станет более устойчивым оркестром, у которого будет свой постоянный, а значит, тщательно проработанный репертуар.

Автор: Любовь МОРОЗОВА