http://www.zn.ua/3000/3680/63995/
Помер вже тиждень тому Юрій Покальчук...
Прощай, Пако!

http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsI ... &NodesID=8

"Я был сальным пятном на монументе"
// Умер композитор Андрей Волконский

Газета «Коммерсантъ» № 168(3985) от 18.09.2008
Некролог

Во Франции умер композитор и музыкант Андрей Волконский, основатель знаменитого ансамбля "Мадригал". Ему было 75 лет.

Можно себе представить, как смотрелось на советских афишах 60-х годов это сочетание имени и фамилии, вызывающее самые красочные литературные и исторические ассоциации. И вызывающее совершенно справедливо: Андрей Михайлович Волконский происходил из того самого легендарного княжеского семейства. Его родители познакомились уже в эмиграции, живя во Франции, а затем в Швейцарии. Первоначальное музыкальное образование он получил в Женеве (причем его педагогом был крайне знаменитый в то время пианист румынского происхождения Дину Липатти), после Женевской консерватории продолжил учиться в Парижской.

В 1947 году семья Волконских — как и многие другие эмигранты первой волны, наивно поверившие советской пропаганде,— решилась вернуться в Россию. Будущий основатель "Мадригала" был вынужден продолжать музыкальное образование в Тамбове, но в начале 1950-х он поступил на композиторский факультет Московской консерватории.

Его музыкальные интересы распределялись по двум направлениям: с одной стороны — авангард, с другой стороны — старинная музыка. Такое сочетание для музыкальной жизни (в том числе и отечественной) с тех пор уже успело стать явлением более или менее привычным. Но в советских условиях 50-60-х годов и пристальное внимание к музыкальной старине, и увлечение европейским музыкальным авангардом были родом бунта. И уж, безусловно, новаторством. Андрей Волконский первым стал давать серьезные концерты клавесинной музыки барокко и Ренессанса, и он же создал первое в СССР произведение в додекафонной технике ("Musica stricta" для фортепиано, 1956 год). А созданный в 1964 году (то есть тогда, когда и европейский-то аутентизм только набирал обороты) ансамбль "Мадригал", соответственно, стал первым отечественным коллективом, планомерно открывавшим для широкого слушателя доклассическое музыкальное наследие — от европейского и византийского раннего Средневековья до редких опусов барокко.

Особо благонадежной с точки зрения официоза его что композиторская, что исполнительская деятельность не выглядела: "Я был сальным пятном на мраморном монументе советской музыки",— едко говорил Волконский позднее. Если не считать заказной киномузыки (например, работы для фильмов "Новые приключения Кота в сапогах", "Марья-искусница", "Мертвый сезон"), произведений Волконского публика не слышала.

Спустя 26 лет после переезда в СССР, в 1973 году, Андрей Волконский снова стал эмигрантом. В Европе он успешно продолжал сочинять и выступать, записал клавесинное исполнение "Хорошо темперированного клавира" и даже смог на какое-то время создать замену своему оставшемуся в Москве детищу — ансамбль старинной музыки "Hoc opus". Последние десятилетия он жил в основном в Экс-ан-Провансе, где и умер от сердечного приступа.

Аргентинский композитор Маурисио Кагель скончался в возрасте 76 лет
http://www.ard.de
19:41 18/09/2008
http://www.rian.ru/society/20080918/151401250.html

МОСКВА, 18 сен - РИА Новости. Аргентинский композитор Маурисио Кагель (Mauricio Kagel) после продолжительной болезни скончался в Кельне, сообщило в четверг агентство Франс Пресс со ссылкой на заявление представителей издательства, с которым сотрудничал Кагель.

Согласно полученной информации, композитор скончался в ночь на четверг в возрасте 76 лет.

Маурисио Кагель родился 24 декабря 1931 года в Буэнос-Айресе. С 1957 года он жил в Германии. Многие музыкальные критики называли Кагеля одним из самых выдающихся композиторов современности. Помимо композиторской деятельности, он занимался драматургией, был также известен как дирижер и кинорежиссер.

В 1971 году вышла в свет самая известная опера Кагеля "Государственный театр" (Staatstheater), в которой зрители увидели авангардистские устремления композитора.

Среди работ Кегкля в кинематографе - лента "Людвиг ван" ("Ludwig van", 1970 год).

Умер сын Депардье

http://korrespondent.net/showbiz/614259

Актер Гийом Депардье скончался в понедельник от пневмонии, сообщает агентство Artmedia, с которым сотрудничает отец умершего, французский актер Жерар Депардье.
Депардье-младший скончался в возрасте 37 лет в больнице города Гарш в пригороде Парижа.

Согласно полученной информации, причиной смерти актера стал вирус, спровоцировавший тяжелую форму воспаления легких.

"Он скончался сегодня (в понедельник) в первой половине дня, после того, как приобрел вирус, спровоцировавший молниеносную пневмонию", - говорится в заявлении агентства Artmedia.

Гийом Депардье, сын Жерара и Элизабет Депардье, родился 7 апреля 1971 года. Решив пойти по стопам отца, он стал талантливым актером и сыграл роли почти в 20 кинокартинах, среди которых - Не стоит трогать топор (2007 год), Дежурный аптекарь (2003 год), Шкура ангела (2002 год), Чти отца своего (2001 год), Пола Икс (1999 год), Все утра мира (1991 год).

В 1995 году в туннеле Сен-Клу, Депардье-младший попал в дорожно-транспортное происшествие. Актер упал с мотоцикла и получил сильное повреждение правого колена.

В 2003 году, в возрасте 32 лет, после восьми лет непрекращающихся невыносимых болей, несмотря на лечение антибиотиками и морфином, актер решился на ампутацию правой ноги по колено. Только использование протеза позволило ему снова ходить.



По материалам: РИА Новости

Шкода, дуже сумно, що померла така молода людина.
Нехай земля йому буде пухом........
Щиро співчуваю славетному французькому акторові. Який це жах - втратити молодого сина...

http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsI ... &NodesID=8

Струнный авторитет
// Умер Валентин Берлинский

Газета «Коммерсантъ» № 229(4046) от 16.12.2008
Некролог

В Москве умер виолончелист Валентин Александрович Берлинский — один из самых знаменитых отечественных музыкантов, один из основателей Квартета имени Бородина и его многолетний художественный руководитель. Ему было 83 года.

Квартету имени Бородина Валентин Берлинский посвятил всю жизнь, и эта часто мелькающая в некрологах стереотипная фраза в данном случае просто аккуратная констатация: да, больше шестидесяти лет он проработал в квартете и все это время был лицом этого коллектива — самого уважаемого, почитаемого даже, среди российских камерных ансамблей. Три года назад и квартет, и его художественный руководитель справили двойной юбилей: второму тогда исполнилось восемьдесят, первому шестьдесят — или, если точнее, шестьдесят один, потому что струнный квартет студентов Московской консерватории появился в 1944-м.

Самым первым инструментом Валентина Берлинского, родившегося в Иркутске, стала скрипка, а первым педагогом — его отец, некогда учившийся у самого Леопольда Ауэра, знаменитого скрипача и педагога (символично, что именно Ауэр, кстати сказать, в свое время руководил квартетом Русского музыкального общества, одним из самых авторитетных квартетов дореволюционной России). Потом он учился в московской ЦМШ, а затем в консерватории, уже по классу виолончели. В 1952-м он закончил аспирантуру Гнесинского института. В это время его квартет еще не назывался "имени Бородина" — "бородинцами" участники квартета стали только в 1955-м (такое наречение в те времена воспринималось как дело ответственное, требующее согласований на разных уровнях), но явное признание у них уже было: всего через два года после появления ансамбля он получил статус коллектива Московской филармонии.

На самом деле самым-самым первым виолончелистом в квартете был Мстислав Ростропович, хотя свое место он уступил Валентину Берлинскому почти сразу и без всякого соперничества — два виолончелиста дружили всю жизнь. В первом составе квартета было и еще одно громкое имя — на альте играл Рудольф Баршай, затем ушедший из коллектива и основавший знаменитый Государственный камерный оркестр. Состав квартета за шестьдесят лет вообще менялся неоднократно, и только виолончелист оставался бессменным вплоть до прошлого года, когда Валентин Берлинский перестал выступать с квартетом. И благодаря ему Квартет имени Бородина все эти десятки лет поддерживал тоже неизменно безукоризненную репутацию ансамбля, которому мало равных — что по качеству игры, что по интеллигентности, что по репертуару. Помимо обширной квартетной литературы от Гайдна до Чайковского "бородинцы" с самого начала решительно брались за новую музыку, музыку часто заведомо сложную и не всегда удобную, и им всегда удавалось эту музыку донести до публики в совершенстве — будь то произведения Белы Бартока, Альфреда Шнитке, Эдисона Денисова или Шостаковича (с последним Валентин Берлинский был хорошо знаком, и именно квартеты Шостаковича со временем стали особенно важной частью репертуара квартета).

Квартет, в особенности квартет струнный — не самый простой род камерного музицирования, это только кажется, что раз музыкантов на сцене мало, значит, им должно быть легче. Не легче, потому что для идеальной квартетной игры музыканты должны сохранять трудноуловимый баланс между жесточайшей формальной дисциплинированностью (одна погрешность интонации — и весь ансамбль насмарку) и чувством локтя, человеческой теплотой совместного общения. Неслучайно во времена Гайдна квартетную игру метафорически назвали "беседой четырех приятных людей". Впрочем, Валентин Берлинский и в жизни был не то что приятным — приятнейшим человеком, живым, остроумным, открытым и всерьез, без показных улыбок, обаятельным. Ношу своих званий и всеобщего признания он нес без чопорности и без позы, легко, скромно и с улыбкой, и это всегда чувствовали не только близко знавшие его люди, но и те, кто сидел в зале на концертах бородинского квартета.

Завтра в Концертном зале имени Чайковского пройдет прощание с музыкантом. Он будет похоронен на Ваганьковском кладбище.

Сергей Ъ-Ходнев

епоха уходит безвозвратно...это был великий музыкант!...земля ему пухом

Реквием по Дударовой
— 16.01.09 —

На 93-м году жизни скончалась первая в мире женщина-дирижер симфонического оркестра Вероника Дударова…

Вероника Борисовна Дударова родилась 5 декабря в Баку, в осетинской семье, ведущей свою родословную от старинного осетинского аристократического рода Дударовых. Отец будущей первой женщины-дирижера работал инженером на нефтяных промыслах, затем в ВСНХ, мать воспитывала трех дочерей. Жизнь Вероники Борисовны была связана с музыкой с самых ранних лет.

Еще в очень юном возрасте она получила начальное музыкальное образование в музыкальной школе для одаренных детей при Бакинской консерватории. Теоретическими предметами и дирижированием с учащимися занимался выдающийся австрийский дирижер Стефан Штрассер. Дальнейшее обучение Дударова проходила уже в столицах, умудряясь совмещать студенчество с активной дирижерской деятельностью. В 1933–1937 годах она училась на фортепианном отделении музыкального училища при Ленинградской консерватории. С 1939 по 1947 год Вероника Дударова была студенткой факультета симфонического дирижирования Московской консерватории. В эти годы она параллельно с учебой служила дирижером в московском Центральном детском театре и дирижером-ассистентом Оперной студии при Московской консерватории.

В 1947 году Дударова закончила учебу, получив диплом дирижера.
Карьера удивительной женщины пошла в гору – вплоть до 1960 года она была дирижером Московского государственного симфонического оркестра. В 1960-м ее назначают его главным дирижером и художественным руководителем. На этом посту она пробыла почти тридцать лет – до 1989 года. В 1991 году она организовала и возглавила Симфонический оркестр России, сначала названный Государственным симфоническим оркестром под управлением Вероники Дударовой. Долгие 12 лет она была бессменным главным дирижером и художественным руководителем оркестра, лишь в 2003-м отдав дирижерскую должность Павлу Сорокину. За собой Вероника Борисовна оставила звание художественного руководителя, сохраненное ей до последних дней жизни.

Вероника Дударова внесена в Книгу рекордов Гиннесса как единственная в мире женщина-дирижер, возглавлявшая коллективы больших симфонических оркестров более 50 лет.
Чтобы перечислить все награды и звания, полученные Дударовой за долгие годы работы, потребуется много времени, вот лишь некоторые из них: народная артистка СССР (1977), народная артистка России (1960), народная артистка Республики Северная Осетия–Алания (1996), заслуженный деятель искусств РСФСР (1958), лауреат Государственной премии России (1980). Вероника Борисовна награждена орденами Октябрьской революции (1986), «Знак Почета» (1967), «За заслуги перед Отечеством» III степени (1996), медалью «Во славу Осетии» (1996). Она – академик Международной академии творчества (1999). Она является почетным гражданином городов Буэнос-Айрес и Владикавказ. В 1999 году именем «Ника Дударова» была названа одна из малых планет солнечной системы.

До последних дней Дударова продолжала дирижировать и даже свой 90-летний юбилей встретила за пультом, блестяще исполняя «Болеро» Мориса Равеля.
Исполнение Дударовой этого произведения до сих пор считается непревзойденным. Кроме «Болеро» в числе лучших работ Дударовой – «Реквием» Верди, «Иоанн Дамаскин» Танеева и многие другие. Кроме того, оркестром Дударовой была записана музыка к пятидесяти кинофильмам, в числе которых «Идиот», «Сорок первый» etc.

Сегодня представитель министерства культуры Северной Осетии сообщил о том, что на 93-м году жизни Вероники Дударовой не стало.

источник

Павло Загребельний. Той, хто не втратив контакт

03.02.2009
Ірина Штогрін

Київ – 3 лютого пішов із життя Павло Загребельний. Його твори давно стали класикою української літератури і входять до шкільної програми. Серед більше ніж 30 романів і повістей, найчастіше згадують «Диво», «Роксолана», «Я Богдан». За сценаріями Загребельного знято 7 художніх фільмів. Письменника вирізняла колосальна працездатність, феноменальна ерудиція та винесене з концтабору уміння бути вільним попри усі обставини. Саме ця риса допомогла Павлу Загребельному залишитися самим собою в епоху «застою» і захистити багатьох «шістдесятників» від тоталітарного тиску.

Павлу Загребельному було 84 з половиною роки. Його називали «живим класиком» та «патріархом української літератури».

Народився у селі Солошине на Полтащині. Ріс без матері. Закінчивши у 1941 році школу, в 16 років добровільно пішов воювати. У серпні того ж року отримав поранення. Після лікування навчався у військовому училищі, а потім знову – фронт. У 1942 році нове поранення, потрапив у полон і до 1945 року був у німецькому концтаборі, а потім ще й у радянському.

Із 1946 року навчався на філологічному факультеті Дніпропетровського університету, по закінченні – працював журналістом.

Був головним редактором «Літературної газети» (пізніше – «Літературна Україна»), секретарем правління Союзу письменників України, Головою комітету Державної премії імені Тараса Шевченка, депутатом Верховної Ради.

Півстоліття писав прозу

Мало хто може зрівнятися із Павлом Загребельним у його фантастичній працездатності. Майже 50 років він писав прозу, публіцистичні статті і працював до останнього часу.

Більшість своїх романів Загребельний написав у 60-70-х роках: Спека (1960); Європа.Захід (1961); День для прийдешнього (1964); «Шепіт» (1966); «Добрий диявол» (1967); «Диво» (1968); трилогія «З погляду вічності» (1970); «Розгін» (Державна премія СРСР, 1980), романну будову з чотирьох книг: «Айгюль», «В напрямі протоки», «Ой крикнули сірі гуси», «Персоносфера»; «Левине серце», «Роксолана» (1980), (продовженням «Левиного серця» став роман «Вигнання з раю» (1985)); «Переходимо до любові» (1971); «Намилена трава» (1974); «Євпраксія» (1975); «Я, Богдан» (1983), «Південний комфорт» («Вітчизна», 1984). Вигнання з раю (1985) (продовження «Левиного серця»)

Пізніше вийшли друком «Юлія, або запрошення до самовбивства»(1994), «Тисячолітній Миколай» (1994), «Брухт» (2002), «Стовпотворіння» (2004).

За його сценаріями на Київській кіностудії імені Олександра Довженка знято художні фільми «Ракети не повинні злетіти» (1965), «Перевірено – мін немає» (1966), «Лаври» (1974), «Ярослав Мудрий» (1982).

Але що найголовніше, вважає сучасна українська письменниця Лариса Денисенко – Павло Загребельний залишився класиком, якого читають. Його роман «Роксолана» у 80-х оновив сприйняття української літератури, осучаснив її і зламав стереотип «хрестоматійності». Це відкрило дорогу молодому поколінню авторів.

«Вільним можна бути і в концтаборі»

Павлу Загребельному вдалося наблизити історію до сучасної людини, виписати історичні події такими, що примушують аналізувати світ навколо.

«Його твори з історії України перевернули уявлення про минуле, змусили робити проекцію на сьогодення і повернути відчуття причетності до творення історії сьогоднішньої», – переконана лауреатка Шевченківської премії 2005 року, авторка «Солодкої Дарусі» – Марія Матіос.

Тому Загребельному, як письменнику, не загрожує забуття.

Але головне, що вирізняє Павла Загребельного – це його теза про те, що навіть «у концтаборі людина може бути вільною».

Саме це уміння зберігати власну свободу під тиском будь-яких обставин допомогло Павлу Загребельному не лише блискуче писати, а й рятувати від переслідування тих, кого тепер називають «шістдесятниками».

«У 1961 році Загребельний мене врятував, коли мене вигнали з університету. Він узяв мене на роботу у «Літературну газету», надрукував мою поему «Ніж у сонці» і почав друкувати усіх «шістдесятників» – Миколу Вінграновського, Віталія Коротича, Юрія Щербака, Івана Дзюбу, Євгена Гуцала, Володимира Дрозда та інших письменників. Він сприяв тому, щоб ця нова хвиля увійшла в українську літературу», – засвідчує поет-класик і кіносценарист Іван Драч.

На думку Драча, сумнівними видаються твердження, що Загребельний інколи вдавався до плагіату. Йшлося власне не про романи, бо їхній аналіз одразу засвідчує неповторний стиль автора, а про передмову до багатотомника Анатоля Франса. Відомо ж, що Загребельний окрім енциклопедичних знань мав ще й виняткову пам’ять, яка дозволяла йому запам’ятовувати інформацію «цілими блоками». Може саме ця особливість і зіграла свою роль у цій історії.

Останній з тих, хто достукався

Павло Загребельний залишався цікавим для читача, навіть тоді, коли «письменник, як явище» уже втрачав в українському суспільстві своє значення «морального авторитету».

Саме Загребельним закінчилася та епоха, вважає «останній захисник культурних барикад», письменник і критик Михайло Бриних.

Загребельний був своєрідним «Дон Кіхотом», який навіть у своїх останніх творах, намагався «достукатися, докричатися до людей, до суспільства» тоді, коли письменників вже майже ніхто не слухав. Його останні романи були великою мірою публіцистикою, бо «нервово і напружено» намагалися дістатися свідомості сучасної людини.

(Київ – Прага)

***
Можете сприйняти, як заповіт:
Павло Загребельний: «Треба будь-що зберегти ядро творців, які не втратили віри в сенс життя, в буття і судьбу. Це ядро повинне бути твердим, упевненим у собі, послідовним у діях. Воно повинне вміти надихати й захоплювати своїм прикладом; між ним і його оточенням не повинно бути різких протиріч, інакше всі набутки будуть відкинуті й змаловажені. Станеться те, від чого застерігав Христос у Нагірній Проповіді: сіль втратить свій смак – і в суспільстві запанують профани й невігласи... Стоїмо над безоднею. Треба вистояти». («Думки нарозхрист». 1. Ех еrемо — «З самотини». Стор.22).
***

http://www.radiosvoboda.org/content/Art ... 78794.html

вічна память!..його роман "Диво"(єдиний,який я читав на сьогоднішній день,каюсь...)-видатне явище світової культури,без сумніву!...

Печальная, трагическая весть....

Умерла Евгения Мирошниченко - ЭПОХА в истории мирового бельканто.
http://www.vecherniy.kharkov.ua/news/29922/

В Киеве скончалась Герой Украины, народная артистка СССР, оперная певица Евгения Мирошниченко.
Как стало известно агентству "Интерфакс-Украина" Евгения Мирошниченко скончалась дома в ночь на понедельник на 78-ом году жизни.

Евгения Мирошниченко родилась 12 июня 1931 года в селе Советское Харьковской области. В 1957 году окончила Киевскую консерваторию, а в 1961 - стажировалась в театре "Ла Скала" в Милане (Италия). В 1957-1990 гг. - солистка Киевского театра оперы и балета. С 1980 года она начала работать преподавателем Киевской консерватории (сейчас - Национальная музыкальная академия Украины), в 1990 - стала профессором.

В 2002 году основала Международный Благотворительный фонд своего имени.

Ценителям оперного искусства известны музыкальные партии в ее исполнении: Венера ("Энеида" М. Лысенко), Шемаханская царица ("Золотой петушок" М. Римского-Корсакова), Царица ночи ("Волшебная флейта" В. Моцарта), Розина "Севильский цирюльник" Дж. Россини), Виолетта ("Травиата" Верди) и другие.
---------------------------------------------------
Как жаль, как жаль, как жаль, как жаль....

Да уж, уходит ЭПОХА... Два года назад - Туфтина, сегодня - Мирошниченко...

http://www.youtube.com/watch?v=2FPXtN7Xcrg

Прощание с Евгенией Семеновной состоится завтра, в среду, 29 апреля в Национальной опере в 12 часов

http://www.zn.ua/3000/3680/66102/
№ 16 (744) 30 апреля — 15 мая 2009
ЗЕРКАЛО НЕДЕЛИ
Потеря сознания. Евгения Мирошниченко: о том, что недопето
Автор: Олег ВЕРГЕЛИС

На этой неделе не стало Евгении Мирошниченко. Странно и дико эту строчку набивать на компьютере — «не стало…». Она же так страстно жила в последние дни: боролась за Малый оперный, боролась с болезнью, боролась с музыкальной дремучестью. Но есть то, что есть: не стало. И все. Звонок в шесть утра: «Извини, что так рано. Евгения Семеновна умерла... В четыре утра поднялась, прошлась по комнате, потеряла сознание — упала… И…»

Конечно же, время рассудит… Оно всех выстроит «по ранжиру», все разложит «по полочкам». И если какому-нибудь умнику лет через «надцать» взбредет в голову составлять в модном журнале важный «рейтинг» великих голосов Украины (всех времен и нашего народа), в которых не только уникальность тембра, но и боль, страсть, эхо всех украинских сердец, то подскажу лишь несколько кандидатур, которые действительно «на века». Маруся Чурай, Соломия Крушельницкая, Оксана Петрусенко, Зоя Гайдай, Нина Матвиенко, Евгения Мирошниченко…

Последняя — из категории «вечных», великих.

Прожила она, в принципе, долгую, счастливую жизнь — минус последняя «пятилетка» ее театрально-строительных мытарств и болезней. Была всегда любима и народом, и властью. Была согрета привязанностью как близких людей, так и верных поклонников.

Одиночество гнала от себя палкой. Прогоняла его как хворь, как проказу. И всегда ее дом жужжал, словно улей, — ученики, гости, друзья.

Кухня «евроотремонтированная» стала в ее последние годы местом публицистических исповедей и дискуссионной трибуной. Это была своя, камерная, антишустеровская «свобода слова» — в одной отдельной взятой квартире на улице Репина (Терещенковская).

Петь тогда уже, естественно, не рисковала. Потому что ушла со сцены, когда сочла нужным уйти. Но вот своим лирико-колоратурным сопрано клокотала на той кухне, дразня и Зевса, и других ответственных небожителей, которые, по ее глубокому убеждению, почему-то отвернулись от родины, от музыки... И позволили сплошной «нечисти» завладеть эфирами, душами и кабинетами (важными).

— Что делается вокруг?! Почему же они меня «там» не слышат?! Боже ты мой, сколько лет прожила, сколько своему народу отдала, а дождалась лишь унижения… Пять лет устраивают «хождение по мукам»! Думают, небось, для себя стараюсь? Уверены, что барыши буду заколачивать в новом оперном зале? А я же о детях думаю — о ваших… И своих! Они же не нужны никому сегодня… Их выталкивают в мир другой, чужой и растирают грязными подошвами их профессиональную состоятельность… И они оставляют нашу родину… Бордели строят, казино открывают, шлюх своих ублажают в лучших местах столицы... А лучшие голоса — здесь не нужны?! Что за время такое? Почему никто никого не слышит? Почему все судят о других только по делам своим же циничным? Неужели и вправду оглохли?

…Это еще самые мягкие из ее эмоциональных выражений во время кухонных антишустеровских «свобод», когда тушь размывали слезы, если заходила речь о новой опере — ее последней мечте, которая так и не осуществилась… При ее жизни.

…Той жизни, которая, как известно, была и богаче, и ярче, чем у иных, поющих в том же «терновнике». Судьба всегда вела ее за руку. А когда представился случай, то возвела на вершину музыкального олимпа. Девочка из села Радянского Харьковской области с истинно неповторимым голосом, хулиганившая прежде в ремесленном училище, однажды приехала в консерваторский зал на правительственный концерт — и тут же была услышана. За этот голос схватились, в него вцепились. Ее университеты уже в консерватории — сплошные «минусы» по марксизму-ленинизму. И сплошные «плюсы» — по профессиональным дисциплинам: мастерство актера, танцы, гимнастика, пение. Равных не было. Звезда уже загоралась.

Но нрав у нее всегда был неукротимый. Постоянно ее норовило соскочить с академических «канонов». Ее выгоняли из «храма музыки» с завидной регулярностью. Порою дело доходило до того, что сам председатель Верховного Совета Украины Гречуха брал ее за ладонь: «Женя, ты сумасшедшая! Бог и природа тебе дали голос. А ты думаешь, что это твоя собственность? Это собственность всей Украины! А ну-ка не дури — бегом на учебу в консерваторию! Учись хорошо! Даю слово: никто тебе плохого слова там не скажет…»

Ей вообще было трудно возражать, перечить. Всегда пулеметом строчила сто слов в ответ. И плевать было на исторические формации, партийные конъюнктуры. Она была любима. И все.

Она пела при Сталине (состав «Трудовых резервов» однажды выступал в Кремле, и она, увидев вождя, перепутала куплеты). Она пела при Хрущеве. Ее уважал Щербицкий. Ей благоволили Кравчук и Кучма.

По ее поводу подписывал письма даже Ющенко. Правда, ни одно из этих президентских посланий так и не возымело действенной пользы в отношении ее иллюзорного театра. И она пребывала в прострации: как же, первое лицо хлопочет, а его не слушают, в ус не дуют, это же невозможно, так не бывает… Ей казалось, что одного ее голоса уже достаточно, чтобы быть услышанной — всеми.

Великая и наивная, она просто отказывалась верить, что на закате лет переселилась в иную «страну» — «страну глухих», где подлинный «голос» уже не имеет значения.

А вот прежде ее любимый педагог — М.Донец-Тессейр — знала цену этому вокалу. И этой колоритной «нережиссируемой» личности. По сути, именно Мирошниченко и привнесет на украинскую оперную сцену актерскую «саморежиссуру». Она станет отдельной артистической ценностью (да еще с ее-то вокалом!) практически во всех своих значительных оперных работах — Виолетта («Травиата» Верди), Лючия («Лючия ди Ламмермур» Доницетти), многих других.

То и дело ее будут поддергивать вопросиком: «Что ж вы после своих-то триумфов в Киеве за границу не уехали вовремя, Евгения Семеновна? Была бы тогда в мире новая Каллас — вы!» А она словно мокрым рядном накрывала чужой ироничный запал: «Остыньте! У нас с нею разные судьбы… И разные голоса... Мне и своей судьбы достаточно…»

На эту судьбу действительно выпало множество чудесных творческих свершений. И именно ее имя стало синонимом «примадонны украинской оперы ХХ века». Было немало ее бурных личных романов (уж так любила и так бросала, что весь город и вся страна этой страстью проникались). Родила двух сыновей, которыми гордилась всегда.

И, конечно, ее постоянные радости и тревоги — ученики. Обожала Олю Пасечник, которая оказалась востребована за рубежом, а не дома. Любила как сына Мишу Дидыка, с которым фактически в последний раз и вышла на оперную сцену... В «Травиате». Это было… Господи ты Боже мой, когда ж это было? Кажется, лет «надцать» назад, в ее 60-летний юбилей?

Вся опера (дружный коллектив) в те дни пришла смотреть на ее… провал. На 60-летнюю пенсионерку, примерявшую на себя одежды томной Виолетты (а это коронная партия и Каллас, и Тебальди, и самой Мирошниченко в годы ее звонкие).

Помню, как зал оцепенел, когда она лишь вышла в ярко-красном платье, словно тореадор, — на бой с «быками». Дидык — Альфред. Она — Виолетта. Странный и страстный роман уже немолодой куртизанки и юного мальчика… И совершенно неожиданная перспектива давнего оперного сюжета, очерченная ею в тот вечер с надрывом, тоской и неистовой творческой страстью.

Кажется, сто «Травиат» видел спустя годы, а та (в красном платье), поверьте, по сей миг кажется лучшей. Мирошниченко тогда играла и надтреснутым голосом, и залом, и чужой судьбою — будто гениальный виртуоз. Это был совершенно неожиданный этюд в ее исполнении — этюд о гибельности последней страсти между людьми, которых разделяют не только сословные условности, но и возраст…

Это была вроде бы та самая знакомая «Травиата», но еще более трагичная, безысходная, надрывная.

В финале — когда она умирала — с нею умирал весь зал… Не только от сострадания, но и от очевидного осознания: больше и ярче певицы-актрисы на этой сцене нет, не было и не будет… Не будет!

После той «Травиаты» в ее жизни останутся две главные последние «арии» — преподавательская деятельность (как реальность) да Малая опера (как призрак дома на Лукьяновке).

О последней горькой истории много написано, в том числе и на наших страницах. Что толку повторять?

Первую певицу страны опустили до уровня просящей нищенки. Пять лет «демократической» власти стали для нее и пятилеткой пыток — бессмысленностью ожиданий и циничностью чиновничьих отписок. И, не сомневаюсь, две беды окончательно сломили ее в эти годы. Беда внешняя — равнодушие власть имущих в столице и в стране. И еще беда внутренняя — зловещие метастазы: та самая болезнь, которую она залечивала не на родине, а в Мюнхене и, извините, не за украинские деньги, а за российские. Ни разу ее так и не приняли в поющей мэрии по «театральному вопросу». Хотя билась об этот порог крыльями — ради своего театра, ради своих учеников. По утверждению ее же коллег, существовало даже негласное указание: не принимать эту певицу даже на уровне замов, дабы никогда не достроить этот «долгострой». И дело всей ее жизни добивали медленно, уверенно: сократили расходы, затем сняли ее директора, оставили ее один на один с этим монстром произвола. И на Банковой об этом прекрасно знали (она им каждый день писала). Но ничего не решали. «Страна глухих». Ужас, бесстыдство… Потеря сознания.

Эти две беды — внешняя и внутренняя — и съедали ее, великую и любимую нашу певицу, до полной потери сознания… До той роковой минуты в четыре утра в понедельник, когда этот голос умолк. Хотя… потеря сознания — это состояние страны, которая перешагнула, а теперь оплакивает.

Ей никто толком не ответил на эти письма, просьбы, мольбы. И, увы, так и не смогли во всем огромном городе найти для новой, последней, ее сцены эти несчастные 0,45 гектара земли. Жутко рифмовать, но теперь-то понадобится гораздо меньше: всего 1,50 на 2 м той самой земли — на родине, так любившей и так предавшей.

Добавлено спустя 1 минуту 18 секунд:

Страшная статья, мы живем в ужасной стране...

Быть может через какое-то время произойдёт "огромный цинизм памяти Мирошниченко": всё таки откроют театр, и все лавры достанутся тем чиновникам, которые свели Диву в могилу, а сейчас "проявят свой долг перед великой сопрано, закончив начатое ею дело"....