Прошли долгие и тяжелые месяцы раздумий...
теперь серьезно
вот, накатал новый текстик:
АЛЕКСЕЙ ШМУРАК - О РЕЦЕПТАХ
Прежде всего композитор должен замолчать. Потом он должен слушать. Только потом - писать. Три компонента. Если пропустить любой из предварительных - получится "90%" (чаще всего пропускают оба "предварительных"). А надо попасть в десятку. Есть композиторы, которые недостаточно замолчали. Есть, которые недостаточно послушали. Кстати, есть и те, которые недостаточно написали - но это скорее от лени, чем от бездарности. К сожалению, без психологического комфорта не напишешь ничего, но фокус в том, что психологический комфорт в творчестве большею частью завязан на культурологическом. Пример подвига - больной и физически и психически, вечно запуганный и хорошо закладывающий Шостакович. Любой из нас находится в лучших условиях чем он (если говорить о здоровье и давлении сверху).
Путь творчества - путь самоограничения, это очевидно. Но не всякое самоограничение приводит к творчеству. Так называемая интуиция, если она основана на шаблонах, даже при очень хитроумной схеме приведет к шлаку. Пиши ты хоть одну ноту, хоть одну длительность, хоть один тембр, хоть один приём - не даст это нужного результата, если за всем этим не стоят предыдущие два компонента. Для того, чтобы избавиться от шаблонов, нужно пройти очень сложный путь, в каждом из произведений отказываясь от схем предыдущих. Я это вижу по работе своих коллег. Иногда отказываться приходится от очень соблазнительных вещей. Иногда - вещей, гарантирующих частичный успех. В самых разных параметрах - в языке, форме, приёмах, образе.
Есть примеры, когда композитор, нашедший успех, застревал в развитии. Причем это не только примеры средних композиторов, но также и очень крупных талантов. Тут есть важный момент - когда происходит это застревание - в 60 лет (что почти обязательно), в 45 (что нормально), или же в 30 (что НЕнормально). Дико представить, но вполне реальны (и даже существуют) случаи, когда такие "застревания" происходили и после 20. В таких случаях можно сказать себе: грабли разбросаны в самых неожиданных местах. Наиболее "удобные" грабли - безусловно, технические. Найденные рецепты очень соблазнительно говорят: "используй нас еще раз, и будет тебе счастье". Самое печальное, что рецепты правы. Пример - если впервые слушать любое произведение Сильвестрова конца 70-х - начала 90-х, оно покажется классным и интересным. Однако эффект теряется уже после прослушивания 3х подряд произведений, а после прослушивания 6-7 произведений вырабатываются "антитела".
Подлость заключается в том, что и в условно новаторских направлениях существуют подобные рецепты. Частично они семантизированы и легко опознаются (спектрализм, конкретная инструментальная музыка, новая сложность, сонористика всех сортов), частично - глубоко зарыты (рецепт правильной или наоборот, неправильной драматургии, рецепт эмоционального прессинга и заигрываний с "глубиной", рецепт тембровых игрищ и т. д.) Вообще без рецептов обойтись нельзя, как нельзя обойтись без слов, мыслей, образов, формы. Я сейчас говорю не об отказе от предсказуемого/верного. Но как только рецепт повторяется хотя бы в 3 произведениях подряд - пора бить тревогу. Возможно, я субъективен, но для меня всегда дики и недопустимы случаи, когда композитор - еще далеко не 60-летний - из произведения в произведение "копипастит" рецепты успеха или узнавания (что, кстати, кое-когда - одно и то же), при том, что он вполне еще способен на эксперимент, на перемены, на изобретения новых связей, новых путей к уму и сердцу слушателя.
Напротив, я сочувственно и союзнически отношусь (признаю, не так давно пришел к этому, но все же) к тем музыкантам, которые не боятся перейти от музыки более "правильной и красивой" к более "неправильной и некрасивой". Быть может, они проиграют тактически - в конкретном произведении, - но выиграют стратегически - в своем творчестве. Опыт ошибок накопится и в результате выработается новая стратегия успеха. Как мне кажется, нужно не бояться не понравиться. Напротив, нужно бояться понравиться - понравиться по-старому.
Возможно, этот текст серьезно противоречит тем текстам, что я писал ранее. Это лишнее доказательство в пользу тех позиций, которые я здесь изложил
и еще текстик, на сей раз побольше
АЛЕКСЕЙ ШМУРАК - О ГЕНИЯХ
В моем окружении гениев нет. Есть люди, которых можно назвать гениями. А можно не назвать. И они не обидятся, и никто не обидится. Тем не менее, гении существуют. Не знаю, как насчет композиторов - есть ли у нас гении? В Украине есть претенденты на такие звания, к счастью, претенденты достаточно трезвые для того, чтобы от него отказаться. В России таких претендентов нет - я имею в виду, среди трезвых людей. Многочисленных Вороновых и Лубченко я к трезвым, понятное дело, не отношу. Но вообще композиторы - не самая удачная отрасль для отыскания гениев - мы же субкультура.
Существует иная область, более благодатная - исполнительство. Тут уже люди меньше стесняются и высылают подобные эпитеты по десяткам адресов. Каковые отличительные черты гениев от исполнительства? Вовсе не обязательно, что они психи (в то же время крупный композитор - не псих - это, скорее, конфуз). Как правило, это по-настоящему одаренные люди, причем, не зарывающие свой талант в землю (стимул "не зарывать" - среда, бабки, настоящие почитатели), всесторонне образованные (иногда полиглоты, иногда с серьезным образованием в других областях, причем иногда даже негуманитарных).
Высочайшая степень конкуренции в означенной области приводит к тому, что "лучшие" разделяются уже не только по туше и технике, но и по интеллигентности, продвинутости, политической направленности. Я даже скажу - по авангардности (о ужас). Это приводит к тому, что музыканты подобного класса приходят к мысли о своей универсальности, потому что порог профессионализма преодолен, пора уже приниматься за эстетику, если не этику. Сейчас я четко осознаю, что наиболее простой пример - я сам, позволяющей себе думать, что могу судить пианистов только потому, что слышал больше направлений фортепианной музыки, чем они. В чем-то я прав, но есть и ошибка.
В чем заключается моя ошибка. Естественно, в культурологии (в ней, матушке, корни всех бед). Проблема исполнительского искусства - пианистов, скрипачей и т. д. - в культурной герметичности их области. Плетнев в интервью фактически признает смерть академического искусства ДЛЯ НИХ в таком-то году на таком-то композиторе. Понятно, что есть универсалы (ярчайший пример - Амлен), которые не останавливаются на "избитом" репертуаре, притом, что вполне могут реализовать себя и в нем. Но это - исключение. Основная масса "крупнейших" вполне комфортно ощущает себя в означенных рамках и не собирается из них вылезать.
В этом, разумеется, нет ничего странного. Существуют определенные закономерности развития культуры, и в том числе - исполнительской академической культуры. Когда виртуозы-пианисты и скрипачи были первыми лицами в музыкальном шоу-бизнесе, они правили бал и среди композиторов. Лист, Скрябин, Рахманинов, Прокофьев (это так, навскидку, понятно, что это началось еще при Бахе и Генделе). Когда же фокус внимания музыкального шоу-бизнеса покинул академическую музыку, для поддержания статуса пианисты вынуждены были "держать марку". Уже Лист, играя Шумана, рисковал, уже Рахманинов, играя Скрябина, рисковал, может быть, еще более. Как началось блестящее фортепианное искусство с салона (современники Шопена), так им и закончилось (точнее, продолжается). То же относится и ко всем другим инструментам, понятное дело.
Весь этот нудный и очевидный экскурс не был напрасен. Я хотел продемонстрировать им тот факт, что за последние несколько десятилетий ведущие исполнители чудовищно отдалились от актуальных процессов в современной музыке (или, наоборот, мы отдалились от них - какая разница). При этом - важно! важно! - остались "придворные" композиторы, которые пишут музыку, которую хотят играть исполнители. Примеров приводить не буду, тем более, что, как правило, подобные примеры довольно серенькие. Чем выше исполнительский уровень культурного центра (город), тем шире круг и, увы, выше ортодоксальность подобных "придворных" композиторов. Понятно, что в определенной мере наблюдается и "противостоящая" этому процессу пропорция - чем крупнее центр, тем больше актуальной музыки, тем круче композиторы. Но расстояния между исполнителем и композитором эта пропорция не уменьшает - скорее наоборот, композиторы для исполнителей становятся совсем уж "лох-несскими чудовищами", а исполнители для композиторов - "снобистскими уродцами".
Не все так плохо. Находятся Моисеи, которые пытаются раздвинуть волны Красного моря для прямого сообщения между композиторами и исполнителями. Замечательный питерский пианист Павел Егоров и его ученики (Глазков). Замечательные москвичи (от классиков до молодых - того же Фаворина). У скрипачей и струнников вообще с этим, с одной стороны, все проще (особенно у альтистов

), с другой - сложнее, так как степень универсальности ниже. Совсем хорошо у духовиков - это самые продвинутые из всех академических музыкантов (Москва - "Сиринкс", Бушуев, Питер - Долгов). В этом подвижническом процессе важно соблюдать некие культурологические рамки. О чем я говорю? О том, что музыканты-академисты, приобщаясь к современке, должны помнить, что они, грубо говоря, выходят из запечатанного фургона в живой лес, довольно ветреный, со множеством неприятных сюрпризов а ля сучья, бурелом, гадюки, поганки и т. д.
И тут очень важно, чтобы гении переставали быть гениями. Чтобы они забывали о том, что они Первые, Универсальные, Замечательные, Гениальные, Такие-Растакие. Чтобы они не пробовали применять свои отрывочные и, как правило, непрактичные знания как инструмент оперирования современным искусством, ибо даже самый крутой средневековый лекарь не определит СПИД. Опять-таки, вспоминаю самого себя - разумеется, далеко не гения, пианиста весьма среднего. Был у меня один опыт сотрудничества с коллегой-композитором, когда я напрочь отказывался выполнять указания композитора потому, что они противоречили моим академическим представлениям о том, как надо играть на инструменте.
Нужно не бояться "опуститься" на уровень "простейшей" работы, как-то: постановка рук, способ нажатия клавиш, работа с ритмом и синтаксисом, отработка спецэффектов и т. д. Если сразу начать с "концепции", композитор, скорее всего, останется недоволен (а если и останется доволен, тем хуже для него - значит, он не уделил должного внимания техническим "мелочам" - а "мелочей" в искусстве, как известно, не бывает). Дорогие читатели, вы прекрасно понимаете, что, хотя я и озаглавил текст "о гениях", и многое написал о гениях, я адресую его не тем, кто считает себя "гениями", и не тем, кого считают "гениями", а тем, кто хочет играть современную музыку или хотя бы судить о ней